Травма ребенка после операции: пермячка винит клинику

Жительница Перми обратилась в редакцию с жалобой на частную клинику «Весна Медикал Груп». Женщина привела своего 13-летнего сына на плановую операцию, которая прошла успешно, однако после вмешательства ребенок получил травму головы, упав с каталки. Мать считает, что в инциденте виноваты медики.

По просьбе семьи имена героев истории изменены.

25 марта Елена (имя изменено) вместе с мужем привела сына Игоря в указанную клинику для проведения циркумцизио (обрезания). Семья выбрала это медучреждение, чтобы попасть к конкретному хирургу. После операции подростка на кушетке-каталке повезли в палату дневного стационара, которая находится на том же этаже. Каталку сопровождали двое сотрудников: один у изголовья, другой у ног. Родители шли за медсестрой.

Когда каталку завозили в палату, сотрудник, шедший спереди, начал отодвигать мешавшую мебель. В этот момент, по словам Елены, ее муж из коридора увидел, что ребенок начинает сползать с кушетки. Он закричал, но ни родители, ни медики не успели подхватить подростка. «Я услышала, что муж кричит — он из коридора увидел, что ребенок сползает с кушетки. Муж побежал в палату к Игорю, но на пути стояли медики и он не успел. Сотрудники услышали крик, повернулись, но тоже не успели подхватить. Игорь ударился о железный штырь кушетки в месте, где колесики. В этот момент он отходил от наркоза, еще не пришел в себя, но уже начал шевелиться. И все — кровь, паника», — вспоминает Елена.

Хирург, проводивший операцию, быстро среагировал: ввел анестезию и предложил зашить рану на месте, не дожидаясь скорой, из-за обильного кровотечения. Врач наложил швы. В заключении указано, что раны были глубиной до полутора сантиметров. После этого родители вызвали скорую, и Игоря увезли в Краевую детскую клиническую больницу. Медики скорой зафиксировали наложение трех узловых швов на рану головы.

Елена отметила, что в документах скорой и больницы избегали упоминания того, что падение произошло в отсутствие врачей. Основная претензия матери — отсутствие фиксаторов (бортиков, ремней) на каталке, а также то, что проезду мешала мебель. В постоперационном заключении клиники указано: «при транспортировке он сам упал с каталки, ударился затылком о каталку. При падении был подхвачен персоналом, о пол не ударился».

Семья обратилась в полицию. Там инцидент предложили квалифицировать как халатность, порекомендовали написать претензию в клинику и перенаправили материалы в Следственный комитет. Однако следователи вернули заявление в полицию. В пресс-службе полиции комментировать ситуацию отказались, сославшись на неразглашение персональных данных.

Елена написала претензию в клинику, но, по ее словам, получила лишь ответ, что операция прошла успешно и осложнений нет. Представитель клиники в разговоре с журналистом сообщил, что внутреннее расследование показало: проезду каталки помешал стул, который выдвинул один из родителей, ожидавший ребенка.

«После операции возникла внештатная ситуация, связанная с использованием стула одним из родителей. Клиника незамедлительно оказала пациенту всю необходимую медицинскую помощь. Дополнительные меры поддержки были предложены семье в полном объеме. Мы пересмотрели внутренние регламенты нахождения сопровождающих в палатах, чтобы исключить даже теоретическую возможность повторения подобных случаев. Безопасность пациентов для нас в приоритете. Все выводы, сделанные по итогам расследования, уже внедрены в работу. Окончательную юридическую оценку инциденту дадут уполномоченные органы. Со своей стороны мы сделали всё необходимое для помощи ребенку и предотвращения таких ситуаций в будущем», — заявили в клинике.

Мать подтверждает, что претензий к основной операции нет. Швы с головы уже сняты. В ближайшее время она планирует провести сыну обследование, чтобы убедиться в отсутствии последствий падения, кроме шрамов.

Елена отрицает, что она или муж передвигали мебель в палате — в момент инцидента они находились в коридоре, ожидая, пока успокоится другая маленькая пациентка, отходившая от наркоза. Какая именно мебель мешала, семья не помнит.

Женщина настаивает на наказании виновных, чтобы подобное не повторилось, и требует от клиники выплаты морального ущерба. Иск пока не подан: семья ждет результатов проверки МВД.